– Но если те же вещества и в той же структуре…

– Замолчи! Не надо! Потом, я объясню… – Уваров снова затянулся дыхательной смесью. – Понимаешь ли…

«Нашли, чем удивлять, – молвил Пантагрюэль. – В наших краях ежегодно бывает по пятьсот подобных превращений, а иногда и еще больше…»

Незаметно для самих себя люди ускорили шаг, почти бежали. Коридор стал шире, зеленый свет слоями заголубел, грибы густели, некоторые места были сплошь покрыты ими. Воздух шуршал, в нем теперь непрерывно происходили микроразряды.

– Понял! – крикнул Савельев на бегу.

– Что?

– Пока это было, я включил рацию.

– И что?

– Тот же базар. Но это – это слышалось ничуть не хуже.

– Значит, это не звук? Ты считаешь?

– Нет. Это – в нас.

– Галлюцинации, конечно… Под влиянием… Какого-то излучения?

– А если все же…

– Стой! – решительно скомандовал Уваров. – Дальше опасно!

Они остановились, дыша так, что воздух хрипел и булькал в шлангах. Пот выступал и тут же высыхал в душной жаре, и от него кожа как бы покрывалась чешуйками. Свет теперь лиловел, он снова играл, и от смены цветов и яркости казалось, что грибы движутся, хотя они были неподвижны. Потолок и стены ушли куда-то совсем далеко, то уже не туннель был, а купол, зал, пределы которого никто не взялся бы сразу определить. Но, видимо, у него было еще какое-то продолжение – новый туннель? – и там ярчайшие снопы света неторопливо и ритмично сменяли друг друга, словно колесо с разноцветными сияющими спицами, – наклонно положенная карусель величественно вращалась в подземелье. Смотреть туда было больно, и они отвернулись.

– Пойдем?

– Погоди! – Уваров схватил его за руку. – Итак, по-твоему, групповая галлюцинация?