Однако за тот короткий промежуток времени пока полицейский разговаривал с ювелиром, кое-что произошло. Двое мужчин, один следом за другим, вынырнули из уличного мрака и подошли к дверям дома № 93. Один из них отпер дверной замок и, не оборачиваясь, исчез внутри. За ним вошел второй, прикрыв за собой дверь. В их движениях не было никаких признаков суеты или страха. Со стороны их можно было принять за постоянных обитателей этого дома.

Не прошло и минуты после того, как эти двое проникли внутрь, как к дому подошел третий человек, так же уверенно отпер дверь и вошел следом за первыми двумя.

Через три минуты после описанного происшествия двое из вошедших в дом, были уже на втором этаже.

С поразительной быстротой и ловкостью один из них пристроил к несгораемому шкафу газовый аппарат, в то время как второй аккуратно разложил на полу множество разнообразных инструментов, необходимых для взлома. Они быстро принялись за работу, не проронив при этом ни слова. Чтобы их не смогли заметить с улицы, они легли на пол. Лампа, висевшая над сейфом, продолжала гореть. Затем тот, который был покрупнее, взглянул наверх, на большое настенное зеркало, и нарушил молчание:

— Я надеюсь, зеркало не выдаст нас.

Второй взломщик был молодым стройным юношей. Длинные волосы придавали ему сходство с музыкантом.

Юноша покачал головой.

— Если бы нас могли увидеть с улицы в этом зеркале, — произнес он с легким иностранным акцентом, — это противоречило бы всем законам оптики.

— Тогда я спокоен, — сказал старший взломщик и приступил к работе.

Пока пламя газовой трубки со свистом расплавляло дверцу шкафа, он еле слышно напевал какую-то мелодию. Шкаф был устаревшей конструкции, и старший не сомневался в том, что операция не займет много времени.

Прошло еще полчаса в молчании. Один из них продолжал работать с газовой трубкой, а второй терпеливо ожидал того времени, когда подойдет его очередь.