Он поковырял пальцами в ухе и вытащил белый комочек.

– Стража! Выкиньте этого оборванца к чертовой бабушке! – с сильным акцентом прокричал нахального вида принц.

– Опять вату в уши затолкали! – возмущенно прошамкал старичок, пульнул вату в кричавшего и, увидев, что все шокированы донельзя его манерами, нанес последний, выбивающий почву из-под ног удар. Он выплюнул горсть камешков, из-за которых шепелявил, разорвал надетую поверх боевого костюма деревенскую одежку и сдернул бороду. – А вот и я, Великий и Могучий в меру своих скромных сил и маленьких возможностей – собственной персоной!

Толпа одновременно и недоуменно моргнула. Кащей выплюнул последний камешек и прокашлялся, нарушая мертвую тишину.

– Что за день сегодня? – возмущенно обратился он к весьма озадаченному происходящим царю. – Меня, Великого и Злобного Кащея Бессмертного, нахально не признают!.. Или признают? – добавил он тихо. – Вы куда отступаете?! Я не ядовитый!

Свободная площадь вокруг него стремительно увеличивалась.

– А как же танцы до упаду? – воззвал он. Желающих не оказалось.

– Потанцуйте же с величайшим злодеем Вечности! Имейте совесть, не заставляйте меня самого выбирать себе пару! – пригрозил Кащей, и, словно услышав его призыв, в зал вбежала значительно возросшая в количестве и вооружении стража.

– Я не танцую с мужиками! – запротестовал он, опуская меч-кладенец и очерчивая вокруг себя круг. Стражу хлебом не корми, а дай исполнить танец с саблями. – Кто зайдет за черту, резко увеличится в количестве и уменьшится в качестве!

Стража не прислушалась к совету и неразумно бросилась в атаку. Дикий крик – нечто среднее между «ура!» и «спасайся, кто может!» – потряс стены дворца.

– Разве вам не говорили, что нападать всем скопом вредно для организма? – спрашивал Кащей, разрубая пики и топоры рвущихся в бой и мешавших ДРУГ другу противников на весьма мелкие кусочки. Стража озверела, но, лишившись оружия, вынуждена была отступить и оставить свои эмоции при себе. Гости разбежались по углам, за исключением нескольких сумасшедших царевичей, бросившихся на помощь страже. Кащей сначала и не сообразил, что воюет не только со стражей. Лишь заметив, что у некоторых из них обмундирование странных мирных расцветок, он понял, что повоевать любит и мирное население.