
Земля! Отчизна моя… Мой дом! Среди пустыни иных миров мы узнаем глубину своей любви. Мы устремляемся за лучом разума своего в беспредельность, а сердце наше все равно связано нитью любви с твоим сердцем…
Космонавт зашагал назад, к кораблю. И вдруг ему показалось, что рядом кто-то есть. Кто-то живой, разумный. Точно неотступный взгляд ощутил Буревей на себе, точно невидимые руки коснулись его.
Он оглянулся. Скалы, пропасти, нагромождения кристаллов… Что это? На каменной площадке возвышается что-то странное. Это не скала, нет. Неужели создание разумных существ? Здесь, среди льдов и мертвой тьмы?
Подошел, взволнованный, к причудливому предмету, осветил его прожектором и увидел очертания неземного лица, высеченного в черной породе, крепко прижатые к груди руки. Вся гигантская фигура была воплощением собранности, сосредоточенности, неподвижности. Но глаза казались стрелами, направленными могучей силой воли в пропасть мироздания. Как удалось неизвестным творцам через эту мертвую породу высказать свой замысел? Кто они были? Пришельцы или жители Плутона? А может быть, путешественники с других планет — Юпитера, Урана? Разумные существа, о которых мы уже знаем, но которых до сего времени не встретили! А может быть, они были коренными жителями и погибли по неизвестным причинам, оставив другим, далеким братьям последний привет — стремление своего разума в беспредельность, высказанное в черном камне…
Молчит пустыня. Молчит Пространство. Только глаза неизвестного брата пронзают Космос, стремясь к единению с огнями далеких миров…
Статуя и призрак
Миновало много часов.
Буревей уже не отмечал их. Он работал, чтобы забыть о себе и времени.
Отремонтировал кабину, наложив на разрывы пластмассовые швы, наполнил ее воздухом, обогрел атомными батареями. Большую часть времени он тратил на поиски знаков чужой культуры. После утомительных путешествий возвращался на корабль усталый, съедал консервированную пищу, отдыхал и присаживался к столику, чтобы аккуратно записать впечатления. Ритм прежде всего! Пока он придерживается ритма жизни — он человек. Нарушит — и хаос покатит его сознание к равнодушию и смерти.
