Лицо этого второго было из лиц фона, одним из многих, ну, знаете, людей, которые составляют массу в вашей памяти. Гандер, Дансер, что-то вроде этого. Янсен. КБХ, ксенобиохимик, которого обычно можно было увидеть где-нибудь в углу в компании двух или трех других человек из Секции Науки, они всегда говорили на профессиональную тему. Небольшое исправление. Или слушали, как другие говорят на профессиональные темы.

- Дженифер?

- Дженосек, - она сидела обхватив согнутой в локте рукой мягкую стойку за которую зацепилась до того, как началось вращение. Она, очевидно, наблюдала за проверкой очень внимательно, следя за каждым шагом. Кейз был выше ее по рангу.

- Кейз Хардин, лейтенант С.Г., - сказал он.

- Да, сэр, я знаю, - последовала глупая пауза. Ему следовало бы знать, что она знает. На корабле было больше рядовых, чем офицеров. И его "С.Г." повисло в воздухе между ними. Ее глаза были похожи на длинные миндалины, они были такими яркими, что казались непрозрачными, но было ясно, что не изнутри, а ее волосы были зачесаны назад почти болезненно туго. Она была стройной, высокой. Ее голос имел странный контролируемый тембр, словно его удерживали в среднем регистре сознательным усилием. Она спросила:

- Что случилось?

Он пожал плечами и кивнул в сторону сигнального устройства. Ни корабля, ни шлюпок, ни планеты, ни Солнца нигде. Какие-то обломки, постепенно уменьшавшиеся, ничего достаточно большого, чтобы спасти или укрыть кого-нибудь, иначе компьютер доложил бы об этом. Они вращались, и на экранах появились размытые бледные следы: конец рукава далекой галактики. Кейз прикоснулся к пульту и зафиксировал этот вид.

- Никто ничего не говорит рядовым, - заметила она.

- Лейтенанту тоже не слишком-то много говорят. Мы испытывали новую тягу. Теоретически она не должна была работать в гравитационных полях определенной плотности, поэтому мы направлялись в глубокий космос при помощи обычной тяги.