Он знал, куда идет, поэтому у него на шее уже висели волчья кость и зуб медведя. А еще он прикрепил шкурки норки и лисицы к обтрепавшимся, смердящим мехам, что укрывали его тело от холода уже полгода — с тех пор как он покинул равнины и болота Карелии и, перейдя ледяной мост, оказался в северных горах.

Зимой в этих странных местах не было ни сумерек, ни рассвета: лишь залитые лунным светом облака, мириады звезд и призрачное сияние на севере. Только усталость и положение луны определяли время для сна. Коням это не нравилось.

— Все мои кости ноют, — пробормотал молодой человек в свою заледеневшую бороду, очищая ото льда широкие ноздри лошадей. Он поднес факел поближе к их мордам, чтобы посмотреть, не пострадали ли глаза или шеи. — А ноют они потому, что на них запечатлены все те магические заклинания, которые я использовал в своей жизни и которые мне еще понадобятся. Таким я родился за сотни и сотни таких же лошадей тому назад! Конечно, я мог бы воспользоваться заклинанием, чтобы облегчить нашу участь. Из всех лошадей, что у меня были, вы — самые лучшие. Вот почему я не дал вам имен. Я буду очень горевать, когда вас не станет. Лошади становятся все совершеннее, я мог бы вызвать немножко тепла с помощью магии… но не буду. Я хочу приберечь ее к тому времени, когда она действительно понадобится. Ну пошли же, все не так плохо. Скоро мы будем у озера. Совсем скоро, еще один час пути. Тогда мы остановимся поесть. Обещаю!

Ответом на его слова были лишь леденящее дыхание холода и тяжелый вздох и унылый взгляд двух животных. Словно они знали по легчайшим вьюкам, что еда на исходе. Выступающие ребра лошадей, которые не могли скрыть даже попоны, свидетельствовали о недоедании.