– Да уж, – окулист повернулся к медсестре: Клава, труби рентген... – Он отогнул край повязки, заглянул. – И операционную тоже труби.

– Я поехала? – Докторша уже приплясывала у двери.

– И не возвращайся! Да, солнышко, вот девочку захвати с собой. – Окулист кивнул на Саню. – Если по дороге, конечно.

– До центра довезу, – сказала пляшущая докторша.

– Ой, конечно. Спасибо вам. – Саня кивнула окулисту.

– Шампанского не пить, – напомнил он вслед.

В переходе навстречу Алексею прошли двое: стратиг Рогдай Анемподист, маленький лысый толстячок, всегда шагающий пузом вперед и с мечами врастопырку; на тех, кто его не знал, он производил комическое впечатление, но был опытен, умен, смел и беспощаден, – и потаинник Юно Януар, с которым Алексей беседовал только однажды, и та беседа до сих пор горчила в памяти. Кажется, Януар хотел что-то сказать Алексею, на миг приостановился, но передумал.

– Ну как? – спросил Кузьма Васильевич, вставая навстречу. – Отпустили?

– Отпустили, – улыбнулась Саня. – Да вот – от этих капель все прошло... только свет теперь такой яркий...

– Светобоязнь еще день-другой продержится, сказала, оборачиваясь, докторша со «скорой». Пойдемте-пойдемте скорее, у нас сегодня только шесть машин, а вызовов...

– Девушка, а какого-нибудь валидола у вас не найдется? – с неловкостью в голосе попросил Кузьма Васильевич. – Что-то я переволновался, наверное...

– Найдется! – радостно отозвалась докторша. Разве что валидол и найдется! Нич-чего больше не осталось. Святая вода да валидол. Так и лечим. А?

Не слишком прислушиваясь к разговору, Саня прикрыла глаза. Да, было уже почти хорошо. Огненная запятая поблекла, и было ясно, что скоро она исчезнет совсем. Но там, где заканчивался ее длинный хвостик, тусклым золотом светилось крошечное пятнышко: будто бы монетка, увиденная метров с пяти. Саня, чуть усмехаясь над собой, попыталась посмотреть на пятнышко, и пятнышко, разумеется, тут же отпрыгнуло в сторону. После всего, что произошло, ей было весело. А вот военрук...