В заключение хочется отметить следующее. Относя самого себя к "законченным материалистам", уже в процессе написания данного произведения автор с изумлением обнаружил в себе подспудную тягу к вульгарному идеализму, но преодолеть эту порочную склонность так и не сумел, за что, вероятно, должен быть порицаем, и не удостоится снисхождения на Страшном Суде, буде оный когда-либо состоится.
Глава 1
В сейфе у Гири хранится ятаган.
Так утверждают осведомленные молодые коллеги, и я им склонен верить. Самого ятагана я не видел, но почти у каждого из них на носу имеются зарубки, а на ушах – завязочки.
Поэтому, когда Гиря встал и открыл сейф, я напрягся. Но вместо ятагана Петр Янович достал из сейфа папку.
– Значит, говоришь, работы у тебя мало, скучаешь и томишься бездельем, – завел он свою обычную волынку. – Рутина, говоришь, заела…
Я бодро ответил ему в тон:
– Напротив, Петр Янович, творчески пашу как вол, вкалываю день и ночь без продыху.
– Это хорошо! – он искоса взглянул на папку. – Вот смотри – папка. Видишь? Это хорошая папка. В ней много чего есть. Я эту папку завел, когда умер Спиридонов. Сейчас я тебе ее не дам. Но с кое-какими материалами ты ознакомишься.
Папка была из пластика под картон. С моей позиции она выглядела очень старой. Можно было предположить, что в этой папке Гиря собирает древние папирусы, манускрипты и прочие раритеты, добытые при проведении следственных действий по "эпизодам", уходящим своими корнями в далекое прошлое. В принципе, я не исключал, что Петр Янович умеет путешествовать во времени. От него всегда исходит запах Древних и Средних веков. Особенно Средних, где были в ходу ятаганы.
Между тем, Гиря развязал тесемки, раскрыл папку и начал листать.
– Многое здесь представляет чисто этнографический интерес, – сказал он, – кое-что – юридический, но есть вещи, совершенно непостижимые моему разуму. Где оно?.. А, вот!.. Ознакомься-ка вот с этим материалом.