— Я отдам этот чек тебе, — умилившись, Стик протянул бумажку, — пусть будет первый вклад. Только расписки мне не надо; здесь Каре, тут все на честном слове.

— Но, кажется, видео вы признаете?.. Твой взнос засвидетельствует камера, и мы это покажем.

Спускаясь по лестнице из логова Стика к флаеру, Сайлас вдруг — то есть якобы вдруг — вспомнил:

— О, ведь сегодня «Калоша Апреля»! Я совсем забыл… И вручение наград за прошлую неделю. По-моему, две «Золотые Калоши»…

— И обе левые, — буркнул Доран недовольно. — Так скоро ног не хватит. Не поедем; пусть, как обычно, присылают эту обувь бандеролью. Сай, позаботься учредить фонд для Рыбака; название какое-нибудь этакое… например — «Сила доброты», «Доброта сильнее гнева»… придумай сам! Развесь номер счета в регионах по Сети.

— Эээ… люди еще не забыли Бэкъярд; впечатление слишком свежо…

— Пусть по-быстрому забудут! Забывать они умеют!.. Это мы, Сай, создаем для них реальность — и она будет такой, какой мы ее сделаем. Наша публика — «зеленый», «синий» слой, главный массив электората; им нравится, как мы окунаем звезды в грязь, а мелких людишек возносим — значит, так и надо делать. И что главное — с этим фондом наперевес мы пробьемся к постели Рыбака! Они его будут жалеть, платить и плакать!..

— Дайте мне большого человека, — оживленно болтал Доран, садясь во флаер, — и я превращу его в ноль! Как Хиллари Хармона с его вонючим проектом! Где он теперь, а?.. На очереди Машталер — не убьем, так покалечим. А Рыбака раскрутим!.. Знаешь, Сай, надо давить тех людей, которые слишком выбухают над другими. Крики, брызги — весело! А маленьких людей надо ласкать — в конце концов, ими и населен Город!