**********
Глава I
Вальпургиеву ночь Стик Рикэрдо провел в обществе полицейских детективов. Все как положено - свет лампы направлен в лицо, детективы без галстуков, рукава белых рубашек закатаны выше локтей. Вопросы следовали за вопросами, вгоняя Стика то в холодный, то в горячий пот. Бить не били, но отдыхать не давали. Наконец, Стик спросил: - Лампа - это обязательно? - Так видней, что на лице написано. - А спать не давать - это пытка? - Мы, кстати, тоже не спим с тобой. И не сменяемся, заметь, ответствовали детективы. Бестолковая беседа продолжалась до утра. Удалось выяснить, что какая-то Косичка заходила к Стику один раз со Звоном, а потом с ними увязался Рыбак, ночевавший со своей одышкой. Косичку Стик видел в первый - и в последний раз. Она хотела поглядеть записи про "черный вторник". Зачем? а у нее спросите, она знает. К протоколу допроса Стик и не притронулся: - Я житель Каре, никаких бумаг не подписываю. Все документы - от дьявола; вы что, не в курсе? Детективы ждали чего-то в этом роде. Каре уже лет сто было населено принципиальными противниками регистрации и паспортизации; диво дивное, как люди из Каре ухитрялись учиться в школе, получать медицинскую помощь, платить налоги и судиться. Стик показал им - как; бумаг он не касался, зато был не против, чтоб его записали на видео. Еще он им продемонстрировал, как в Каре добиваются льгот и дотаций: - Вы меня увезли из дома вечером, насильно; сейчас ночь, а у меня с собой нет денег на обратный путь. Либо вы везете меня на своей машине, либо я подаю протест. - Как, письменно? - Я приду к судье лично; это мои убеждения позволяют. - Дайте ему пять арги на дорогу, - не выдержал старший. - Один басс, - уперся Стик. Домой он притащился, когда уже разгоралась заря; голова торчала на плечах глиняным шаром - тронь, и растрескается.