Разумеется, Дорана отследили по системе внутреннего наблюдения и доложили Гудвину, чтобы тот вышел наперехват и якобы случайно с ним встретился. О, какая честь!.. Доран легким шагом подошел к человеку, о возрасте которого можно было только гадать - подтянутый, с матовой кожей, он выглядел так же броско и одновременно ненавязчиво, как парни на рекламе лосьонов. На вид лет сорок пять - сорок восемь. Но только на вид. Доран точно знал, что 60-летний юбилей Гудвин отметил, когда Доран еще не работал на канале. Одежда его говорила о том, что индивидуальный пошив и профессия портного переживут все моды и века, а на безымянном пальце левой руки вспыхивал радугой картенг в двадцать каратов - знак принадлежности к касте низших коргов. Говорил он тихо и спокойно. - Поздравляю, - сказал Дэнис Гудвин, - две "Золотые Калоши" подряд, не всякому так везет. А формулировка? - За прямую связь с Господом Богом. - Веско звучит. А знаешь ли ты, Доран, почему я здесь? - Должно быть, - предположил Доран, - чтобы поздравить зрителей канала V с праздником... - Неплохо, - одобрил предложение Гудвин. Тут же за его плечом возникла тень - Кармела, личный секретарь магната. Это была дама, одетая в брючный костюм; волосы ее были зачесаны назад настолько гладко, что ее можно было принять за мужчину. Тонкая кожа обтягивала выпуклые глаза, острый с горбинкой нос и скулы. В уме она могла держать две сотни переменных, и никто бы не рискнул с ней состязаться. Даже главный компьютер канала V. - Кармела, ты не могла бы написать короткую речь, минут на семь-восемь? - Уже готово; вам только остается выбрать вариант и предварительно прочесть четыре раза вслух, - Кармелу ничем нельзя было смутить. - Замечательно, - без эмоций в голосе ответил Гудвин. - А прибыл я сюда из-за тебя, Доран! Доран, поняв, что ему не послышалось, решил на всякий случай замереть и попробовать слиться со стеной, очень досадуя, что он не может стать невидимым и на цыпочках, чтобы не топать, удрать отсюда.