Во-вторых, они изобрели киберпространство, в которых разворачивается немалая часть событий - и наличие которого не свойственно практически никакому другому стилю.

В-третьих, совместили человеческую плоть с шедеврами нанотехнологии...

В-четвертых, сплели из коммуникационных каналов информационную Сеть, позволившую пользователю перешагнуть за ограничение современного Интернета...

В-пятых...

Свобода

Если посчитать количество затраченного на электронные клеммы "желтого металла", то на золотую клетку для новорожденного мира все равно не хватит. И не нужно. Для пленения хватало Сетей.

Вот в этом-то и проявилась суть киберпанка. Сподвижники восьмидесятых выступали не в роли футуристов-электронщиков и уж никак не в качестве чистоплотных словесных блюстителей. Они будили в читателях бунтарский дух. Не тупо-революционний, но индивидуально-протестантский. Читай, киберпанковский.

В 1945 году Вторая Мировая не закончилась, перекинувшись на другой фронт - невидимый, холодный, информационный. Недавние военные события в странах Ближнего Востока - первая в истории человечества информационная война.

Паранойя всеобщего контроля также небезосновательна: можно с уверенностью говорить, что на каждого из нас в соответствующих службах заведена отдельная папочка, обещающая пролежать нетронутой - или развернуться в самый неподходящий момент. И в повсеместно провозглашаемой свободе слова, наш голос не имеет никакой силы.

Контроль. И не просто контроль, а помноженный на совершенство технологии и зависимость любой власти от пополняющихся капиталов. Невидимое ограничение во вселенной вседозволенности - как Белая Стена Саймака.

И подобно Стальной Крысе Гаррисона, прогрызающей норы в металлических перекрытиях, в этом мире, не избрав тиранический путь монополиста и не скатившись до торговца каштанами, мог выжить один тип человека.