Вылетел здорово метров на десять в высоту, точно не помню, потерял сознание, но когда очнулся, падать предстояло еще метров пять. Тогда и я заметил плававшего неподалеку фаготекса. - Тук! - успел крикнуть я, не соображая, что фаготексу эти звуки ни о чем не говорят. Ударившись об воду, я взвыл от боли и пошел ко дну, и вскоре почувствовал во рту горький вкус воды и увидел вспыхнувшие в мозгу два огонька смерти зеленые с красными ободками. На этот раз меня спас Тук. Но кто же спас меня в первый раз? В том, что этот кто-то был, я теперь не сомневался.

4.

Когда делать нечего, учись. Такое решение я принял во время первой отсидки. Чуть не сдурев от скуки, я составил распорядок дня, где большую часть времени занимали занятия по различнейшим наукам и видам спорта, и заставил себя придерживаться распорядка. Изучал все подряд, благо тюремное начальство поощряет тягу к знаниям. В итоге за четыре года я стал если не мастером, то подмастерьем во многих науках и кандидатом в мастера во многих видах спорта. К сожалению, океанология и ихтиология в этом списке не значились, точнее, я лишь мимоходом ознакомился с ними, потому что на втором ярусе не было водоемов с водой. Во время лечения я и решил восполнить этот пробел. - Слушай, Вим, а кому раньше принадлежала планета? - поинтересовался я на следующее утро. - Моему дядюшке по матери, - сообщил он, отхлебывая прямо из бутылки какую-то дрянь с повышенным содержанием алкоголя. - Родственники считали его чудаком. При светлой голове и богатой предпринимательской жилке он сумел разработать ее лишь на четверть, если не меньше. И все благодаря своим капризам. - Каким? - Был помешан на океане, считал, что человечество должно жить под водой. Это, мол, идеальная среда для людей. Наверное, тяга к жидкостям у нас семейная, произнес он и отхлебнул из бутылки. - Все, что я сейчас имею, осталось после него. Такие же доли получили мои двоюродные брат и сестра. В свое время дядюшка сделал несколько открытий, которые до сих пор применяют в ракетостроении и почемуто в фармакологии.