Поймать кого-то или что-то ему не удалось, поэтому фаготекс замотылял в воздухе сразу десятком отростков, выгоняя чертей из кабинета. Я было расхохотался, но вполне серьезное и очень довольное выражение на лице Вима Снарпа остановило меня. Я попытался понять, кто из нас троих кого разыгрывает: мы с Туком Вима, они меня, Вим нас с Туком или Тук нас с Вимом. Получался любой вариант, кроме первого. Тьфу, черт! Кажется и я скоро начну кого-нибудь гонять! - Пойдем, Тук, бросай это грязное дело! - Он уже закончил. Спасибо, Тук! - поблагодарил Вим. - Ваше здоровье! провозгласил он и влил грамм сто здоровья в собственный желудок. С таким наследством приходится Виму заботиться о себе, подумал я, садясь во флайер. Позади меня устроился Тук. Запашище от него, как от невыпаренной винной бочки, даже стрелки на приборном щитке поползли к противоположным концам циферблатов с пьяной стремительностью.

2.

Земельная собственность, если можно так выразиться, представлена у Вима Снарпа маленькой и молодой по космическим меркам планетой. На семь восьмых она покрыта водой. Суша состоит из трех материков - два, приблизительно круглых, на полюсах, а один, похожий на огурец, вытянулся по экватору - и нескольких архипелагов. На полюсах жить слишком холодно, на экваторе слишком жарко, поэтому первые два материка вообще не используются, а на третьем разбиты сельскохозяйственные угодья и построены заводы по переработке сельхозпродукции. Все автоматизированно и компьютеризированно, изготовленная продукция увозится беспилотными кораблями заказчикам на другие планеты, и Виму Снарпу остается только барыши подсчитывать. И пропивать их. Делает он это на самом большом из островов, расположенном чуть ближе к экватору, чем к южному полюсу, и на приличном расстоянии от всех трех материков. Остров этот похож на кратер огромного потухшего вулкана. По периметру его идут высокие и почти вертикально обрывающиеся в океан, островерхие горы, напоминая с высоты птичьего полета раззявленную акулью пасть.