— Мне нравится, когда ты ждешь, — сказал он, обнимая ее сзади.

— Почему? — спросила она, не оборачиваясь.

— Когда ты ждешь, я нужен. А быть нужным — хорошо.

Юля поежилась.

— Опять кололся?

— Да, один раз.

Она повернулась, и он почувствовал, как сладко пахнет от ее лица.

— Кир, милый, перестань. Я тебе все дам… Бери всю меня, бери все от меня! Ну, что тебе нужно? Что?

— Мне нужно, чтобы ты ждала. И все. Ясно?

— А честность? Любовь, привязанность?

Кир подумал, как ему хочется рассмеяться в лицо этой глупой девочке. И как люди должны сдерживаться, чтобы остаться на хорошем счету. И как она чудесно пахнет…

— Пойдем. Я хочу гулять с тобой в обнимку.

— А потом мы пойдем к тебе?

— Нет, сегодня нельзя. Мать заболела.

Ее волосы покорно легли на его плечо. Они обнялись и пошли вдоль парапета.

— Витек, ты чего боишься?

— Вдруг меня из технаря выгонят…

— Кто? Вахтерша?

— А вдруг настучит?

— Ну, как хочешь.

Кир надел майку и встал с лавки.

— Ладно, пошли. — Витька дернул жилой на шее. — Сколько?

— Полтинник.

Чувство было странное: как будто продавал пару минуток пошленького счастья. И приятно где-то возле диафрагмы, и тяжело. Там же.

Сначала Кир завел в лабораторию Олю. Показал стул, подоконник. Закрыл на ключ защитные жалюзи — гордость техникума. Выключил свет — темно.

— Все поняла?

— Иди, иди. Зови своего озабоченного.

— Я буду за дверью. Максимум через десять минут он должен вернуться.

— Извращенец, — криво улыбнулась Оля.

Кир вышел. Привел из аудитории Витьку, который был хмур, словно его к казни готовили.

— Иди, через десять минут я тебя жду. Тут, за дверью.