– Леночка, ты можешь называть меня просто Кузьмичом. Поверь мне, малыш, я действительно пришел сюда только для того, чтобы спасти тебя. Ты прошла на рынке мимо меня, но видно не заметила, зато я с того момента всё время следил за тобой. Извини, что я не освободил тебя сразу и позволил этому скоту ударить тебя, но мне было важно найти это звериное логово. Если ты не против, то я хотел бы приложить к твоей голове то хрустальное блюдечко, которое я прикладывал к башке этой гнусной мегеры. Ты только не бойся, тебя мне бить не за что, а вот ей я врезал за дело. Эта тварь совершила столько преступлений, что ей и семи казней будет мало. – Поняв, что сболтнул лишнего, я поторопился добавить – Это специальный прибор, Лена, и с его помощью я узнаю о тебе нечто очень важное. Поверь, тебе не будет больно. Ты вообще ничего не почувствуешь.

Лена, продолжая дрожать всем телом, сказала мне в ответ:

– Х-хорошо, я согласна, Кузьмич.

Девушка-то боли точно не почувствовала, зато меня, стоило положить ей на голову мыслезонд, уже через каких-то тридцать, сорок секунд пронзила такая острая боль, что я чуть не упал на бетонный пол. То магическое устройство, которым вооружил меня Аботан, не только умело проникать вглубь сознания человека, но ещё одновременно обладало свойствами мощнейшего компьютера, оснащённого программой анализа не только сознания человека, но и его души. Хотя я и называл этот магический прибор мыслезондом, его действие было куда шире. Впрочем, для чтения мыслей человека он тоже был вполне пригоден, особенно тогда, когда мне нужно было быстро допросить кого-нибудь. Хрустальное блюдечко, прочитав сознание человека, через очки передавало всю самую важную информацию о нём, прямо в мой мозг.

Если я нахлобучивал мыслезонд на голову какого-нибудь преступника, то уже через две-три минуты знал всю подноготную его чёрной душонки и всё, что он сотворил за всю свою жизнь. Об обычном человеке он сообщал мне немного, зато о любой жертве преступления выдавал столько информации, что можно было просто ошалеть.