- Сорвались с насиженных мест, - неожиданно рядом с ним произнес Крандолл, Луис аж подпрыгнул.

- Вы говорите так, словно испытали нечто подобное, - проговорил он.

- Пожалуй, нет, - Крандолл зажег сигарету. Пшш! Отшвырнул спичку, ярко вспыхнувшую в ранних сумерках. - Дом на той стороне дороги построил мой отец. Он привез сюда свою жену, и она родила там ребенка. Этот ребенок, родившийся в 1900 году, был я.

- Значит вам...

- Восемьдесят три, - проговорил Крандолл, и Луис вздохнул с облегчением, когда старик не прибавил "года, юноша" - фраза, которую Луис искренне ненавидел.

- Вы выглядите значительно моложе. Крандолл пожал плечами.

- Я всегда жил здесь. Меня призвали, когда началась Первая Мировая, но конечный пункт, которого я достиг, направляясь в Европу, оказался городок Бауонн в Нью-Джерси. Скверное место. Даже в 1917 году это было скверное место. Я был так рад вернуться сюда, жениться на моей Норме, работать на железной дороге. Мы прожили здесь всю жизнь. Но я многое повидал тут в Ладлоу. Ей-богу!

Грузчики остановились напротив входа в сарай, держа пружинный матрац от большой двуспальной кровати.

- Куда это, мистер Крид?

- Наверх.., одну минуточку, я покажу вам, - он направился к грузчикам, потом на мгновение остановился, посмотрел назад на Кранзолла.

- Идите. - улыбаясь, сказал Крандолл. - Я прослежу за вашей семьей. Отведу их к себе домой, чтоб они не мешались под ногами. Переезд в новый дом тяжелое занятие, и после него неплохо примочить горло. Я обычно около девяти сажусь на веранде и выпиваю парочку банок пива. В теплую погоду люблю смотреть, как приходит ночь. Иногда Норма составляет мне компанию. Если хотите, приходите.

- Ладно, может быть, приду, - сказал Луис. Он не собирался делать ничего подобного. Следующим шагом будет неофициальное (и бесплатное) обследование артрита Нормы на веранде.