— Вот они! — крикнул человек в малиновом хлопающем плаще, не из членов Круга. — Спускаются!

Все, кто был еще вменяем, смотрели верх, и дождь лил им в глаза. В безоблачной зелени плыли три серебряных дирижабля.

— Они пришли за нами, — заметил Мур.

«Они сделали это!»

Музыка на мгновение замерла, словно маятник в высшей точке. И заиграла снова.

«Доброй ночи, леди, — выводил оркестр, — доброй ночи, леди…»

— Мы спасены!

— Поедем в Юту, — его глаза были влажными, — у них там нет моретрясений и цунами.

«Доброй ночи, леди…»

— Мы спасены!

Она стиснула его руку.

«Весело мы кружимся, — ликовали голоса, — кружимся, кружимся…»

— Кружимся, — сказала она.

— Весело, — подтвердил он.

«Над глубоким морем!»

Месяц Круга спустя после величайшего происшествия в истории Круга, едва не положившего ему конец (другими словами, в лето господне и президента Кэмберта 2019-е, через двенадцать лет после моретрясения), члены Круга Мур и Леота (урожденная Лахезис

— Я верю, что люблю тебя, — проговорил он.

— К счастью, для любви не требуется вера, — ответила она, прикуривая сигару от его огня, — потому что я не верю ни во что.

— Двадцать лет назад я встретил на балу прелестную женщину и танцевал с нею.

— Пять недель назад, — поправила она.

— Я спрашивал себя, захочет ли она когда-нибудь покинуть Круг, вновь стать человеком и возложить на себя бремя земных тягот.

— Я часто спрашивала себя о том же, — сказала она, — в минуты скуки. Она не захочет. По крайней мере, пока не станет старой и уродливой.

— Значит, никогда, — он грустно улыбнулся.

— Вы очень любезны. — Она направила струю дыма к тропическим звездам, коснувшись рукой холодной стены здания. — Однажды, когда люди перестанут на нее оглядываться кроме как для того, чтобы сравнить ее с какой-нибудь кудрявой девочкой из далекого будущего, — или когда изменятся стандарты красоты, — тогда она пересядет с экспресса на местный поезд и позволит остальному миру ее обогнать.