Пухлый том содержал пять сотен вопросов, причем почти на каждый имелось несколько вариантов ответа. Я заметила, что экзаменационный материал оснащен устройством автоматического контроля времени: стоило открыть книгу, как стрелки в верхнем левом углу начали отсчитывать минуты от положенных двух часов. Вопросы были в основном по литературе, и с ними у меня трудностей не возникло. С законами беллетриции дело обстояло хуже, тут мне могла потребоваться консультация мисс Хэвишем. Я приступила и десять минут спустя добралась до вопроса номер сорок пять: «Какой из нижепоименованных поэтов никогда не использовал запрещенное слово «величавый» в своем творчестве?» — когда раздался стук в дверь, сопровождаемый раскатом грома.
Я захлопнула экзаменационную книжку и открыла дверь. На пирсе топтались три облаченные в грязное рубище уродливые старые карги. Их костлявые физиономии покрывала грубая бородавчатая кожа. Как только дверь отворилась, они тут же начали хорошо отрепетированное действо.
— Когда все трое мы сойдемся вновь, — произнесла первая ведьма, — у Тарбера,
— Когда уляжется переполох, — откликнулась вторая, — когда сплетем рассказа паутину!
Повисла пауза, пока вторая ведьма не ткнула локтем третью.
— Когда на Эйр закат сойдет, — произнесла та поспешно.
— А где?
— Сюжетный поворот.
— Там ждет нас встреча с Нонетот!
Они умолкли, а я уставилась на них, не понимая толком, чего от меня ждут.