Я встала и коротко кивнула ему.

— Нонетот. Четверг Нонетот. Я тут по Программе обмена персонажами.

— Ой, блин! — тихо ругнулся он. — Японский городовой! Получается, я ее упустил?

Я кивнула, и он уставился на дорогу, печально качая головой.

— Она никакой весточки мне не оставила?

— Д-да, — неуверенно ответила я, — она сказала, что… что встретится с тобой, когда вернется.

— Правда? — просиял Арнольд. — Это добрый знак! Обычно она обзывает меня неудачником и посылает к чертовой матери.

— Ее, похоже, некоторое время не будет, — добавила я, стремясь загладить вину за искажение истинных слов Мэри. — Год, а то и дольше.

— Понятно, — пробормотал он, глубоко вздыхая и глядя через озеро. Тут он заметил Пиквик, которая пыталась переиграть в гляделки странную водоплавающую птицу с округлым клювом. — Это кто?

— Думаю, утка, но не уверена — там, откуда я родом, они не водятся.

— Да нет, другая!

— А, это дронт

— В чем дело? — спросил Арнольд.

Заработал мой комментофон. Обычно в Книгомирье народ именно так общается.

— Комментофон звонит, — ответила я, — но это почему-то не сообщение, а вроде радиопередачи, как у нас дома.

Арнольд уставился на меня.

— Так ты не отсюда?

— Я из того места, которое вы зовете Той Стороной.

Он выкатил глаза.

— Ты хочешь сказать… что ты — настоящая?!

— Боюсь, так и есть, — ответила я, несколько обескураженная вопросом.

— Господи! А правда потусторонники не могут несколько раз подряд быстро повторить «на дворе трава, на траве дрова»?

— Правда. Мы называем такие штуки скороговорками.

— Обалдеть! — восхитился он. — Тут, понимаешь ли, ничего подобного нет. Я могу повторять «от топота копыт пыль по нолю летит» сколько угодно!