- По статистическим данным, наибольшее количество предметов было найдено в старинных постройках конца позапрошлого века. Смутные времена, как вы понимаете.

  Старуха согласно кивает. - Ну а мне-то, какой прок с того?

  - Хозяева домов, в которых найдены предметы представляющие для нас интерес, получают не менее пятидесяти процентов их стоимости.

  - Шестьдесят, - ого, бойкая старуха.

Глубоко вздыхаю и делаю печальное лицо.

  - Марья Ивановна, поймите, мы тоже несем определенные расходы. И немалые, поверьте. Поэтому пятьдесят процентов очень хорошее... Щедрое предложение. Согласитесь, вы ведь никогда не задумывались, что в вашем доме может быть скрыто нечто ценное. А если у клада окажутся наследники? Это тоже расходы, юридическая волокита, которые мы, несомненно, целиком и полностью берем на себя.

  - Да какие там наследники, сынок, - старуха с досадой машет рукой, не собираясь уступать позиции - Почитай уж полтора века прошло.

   Хм, значит возраст дома она все таки знает.

  - Всякое бывает, - говорю я с нажимом и чтобы развить успех, добавляю, - согласитесь, Марья Ивановна, пятьдесят процентов это лучше чем совсем ничего.

  Она задумчиво вздыхает. Мысленно усмехаюсь - всегда одно и тоже: недоверие, радость, сменяемая проявлением жадности вплоть до откровенной агрессии. Такова уж натура человека, любит он поделить шкуру неубитого медведя.

  - Ну что ж, сынок, может ты и прав.

  Что-то не так. Слишком быстро она сдалась и это настораживает. Пододвигаю к ней бумаги.

  - Вот, стандартный договор. Ознакомьтесь и если согласны с условиями, подпишите.

  Добавляю к бумагам ручку. Хорошую, дорогую, призванную производить впечатление.

  Старуха нацепляет на нос дешевые пластиковые очки и внимательно читает, шамкая губами. Потом перечитывает еще раз.

  - Где мне подписаться? - Я показываю и она неторопливо подписывает документ, закрепляя наши потенциальные отношения. Убираю свой экземпляр в дипломат. - Что ж. Если вы не против Марья Ивановеа, я приступлю к осмотру.