Да и вряд ли Блэквинд пойдет из-за этого на конфликт. Город сугубо мирный, он умудрился путем интриг и искусной дипломатии, добиться того, чтоб его не трогали. Сохранить себя от сюзеренитета со стороны других лордов, сохранить древний культ от миссионеров Святой Церкви. Не будет Блэквинд ни с кем ссориться, предпочтет играть до конца. Впрочем, конец не так уж далек, учитывая, какая каша заваривается.
Лес поредел, мы вышли на дорогу, и, отпустив Труса, облегченно вздохнули. Нет ничего тяжелее, чем пьяный человек. А такой, с виду маленький, щупленький.
— Что делать с… этим? — спросил Горм, указывая на спасенного разбойника. Тот сидел на дороге, наклонив голову, и не реагировал на внешние раздражители.
— Тут есть река поблизости? — спросил я. Как-то в детстве я видел, как приводят в чувство таких вот пьяных в стельку. Скидывают в холодную воду, в нашем случае — в озеро, в честь которого Лейксайд и носит свое название.
Дотащив Труса до небольшой речки, мы сбросили его в воду. Бултых! Бывший главарь бывшей банды камнем ушел под воду. Н-да. Не думал я, что материал, из которого сделаны всякие разбойники и отморозки, способен тонуть! Впрочем, нет — через полминуты Трус вынырнул, жадно ловя ртом воздух.
— Че? Че за хрень? Где я? — эти слова были самыми приличными из тех, что произносил этот бедолага, вылезая из реки.
— Спокойно, спокойно, — сказал я, — как самочувствие?
— А это не твое нахрен дело, понял, да? Ты на кого руку поднял? — на этих его словах, мы с Гормом, переглянувшись, снова бросили Труса в реку.