В общем металлическое оружие действительно нужно, причем такое, которым можно было бы сравнительно легко научиться пользоваться и которое давало бы владельцу значительное преимущество перед противником. Совсем не факт, что топор таковым является. В военном деле другого мира топор применялся против латников и всадников. У него, в отличие от меча, удар более концентрированный — можно и щит прорубить, правда, он в нем застрянет. А колющие удары топором наносить нельзя — усовершенствование требуется. Зато топор можно метать. В некоторых средневековых европейских армиях метательные топоры даже на вооружении были — по 5-6 штук у солдата. А уж томагавки американских индейцев! Прочитал когда-то тактико-технические данные этого оружия. Прицельно мечут его метров на 10-15. В полете томагавк вращается и, проходя сквозь кусты и ветки, вроде бы траекторию не меняет. Еще выяснилось, что предназначен томагавк не для боя, а для добивания убегающего противника — запулить ему в затылок. Форма у этих метательных топоров была разная — на наш плотницкий ни одна не похожа. В те времена, когда Аляска была российской, тамошние индейцы в качестве томагавков использовали русские колуны (!). В общем все это очень романтично, но чем томагавк эффективней дротика или метательной палицы?
Родная история показывает, что топор, попав на войну, начал быстро эволюционировать. Сначала, кажется, он удлинился, вытянулся и превратился в бердыш, он же секира. Кроме того, боевой топор вступил в интимную связь с копьем и породил метиса — алебарду. Ею, как и бердышом, можно колоть и рубить. Все бы хорошо, но выковать лезвие бердыша в наших условиях довольно трудно, что уж там говорить про алебарду. Ни приличных инструментов, ни приспособлений для сложной ковки нет, а делать их можно всю оставшуюся жизнь. Кроме того…