— Ты не торопись отказываться, подумай. — Быстро попрощавшись, тренер ушел.

"Вот и все — понял Алексей — так и уходят. Ни речей, ни оркестра. Когда меня выпустят, они уже на сборах будут, а потом одно, другое…

Десять лет отдал и, как не было. Ну, да не ты первый, не ты последний. — Алексей смотрел в окно, следя за хлопьями мокрого снега, падающими на сырой асфальт, укрывая его белоснежным ковром.

— А действительно — куда? — неторопливо рассуждал бывший уже спортсмен. По специальности никто не возьмет. Какой экономист без опыта На стройку — не хочется, да и не умею. Тренер из меня никакой. В клерки, менеджеры с моей «харизмой»? Все клиенты разбегутся. Остается только к браткам, или, вот, в охрану. В бандиты я не гожусь — характер подкачал — добрый больно. Выходит, прав Семеныч. Будем открывать двери хозяину. — А что ты думал, тебя в спорткомитет позовут?" — с ехидством спросил он себя.

Что бы унять бестолковые метания, попросил жену принести книги по экономике и учебники французского испанского и немецкого языка. Попытка читать, вникая, ничего не дала. Сбивался и останавливался. Отложив экономику, Алексей открыл самоучитель испанского и принялся листать, не напрягаясь, читая бездумно, как детектив. К его удивлению уже в середине книги заметил, что почти понимает тексты, и даже без особого затруднения. Дочитав учебник, взялся за словарь.

Через два дня Алексей включил стоящий в палате телевизор с кабельным ТВ. Найдя испанский канал, устроился в надежде понять, хоть что-то.

На экране, ведущий нудного ток шоу выпытывал у толстого члена парламента его отношение к вступлению в ЕС. Пулеметная дробь чирикающих фраз воспринималась настолько естественно, что он сперва и не сообразил, что разговор идет на испанском. Радость постижения улучшила настроение и заставила по-новому взглянуть на обретенные способности. Когда беседа наскучила, он выключил телевизор и, на сносном испанском, высказал все, что думает о создателях шоу.