Хотелось бы чего-нибудь этакого, экстремального, но в магазине папе записали только мультики (хорошо хоть бесплатно). Ладно, у Хлумова возьму дисков напрокат, он у нас бизнесмен… Имеется и кое-что особенное — специально для продвинутых детей вроде меня. Навороченная игровая приставка, которая к телевизору присобачивается — раз! Плюс наручные часы с калькулятором и приемничком — два! — таких точно ни у кого нет. На упаковке было написано, что у них с другими такими часами беспроводная связь, но я пока не знаю, что это такое. Собирался сегодня инструкцию с японского на наш переводить.

Мои часы… Эх…

Короче, кончил я рассказывать. Смотрю, восторг только у меня остался. Марина идет рядом, скучает. Я ее спрашиваю:

— Ты чего?

— Я ничего, — пожимает плечами. — А ты чего?

— И я ничего.

Почегокали мы так, потом она вежливо поинтересовалась:

— А почему папа тебе компьютер не купит?

— Наверное, думает, что игровая приставка полезнее. Это ж, в принципе, тот же компьютер, только она без телевизора не может. Они как муж и жена.

Марина тут почему-то покраснела и закашлялась.

— Э…а какая разрешающая способность у телевизора?

Разрешающая способность? Вопрос на сто долларов, как сказал ковбой в одном фильме. Быстренько соображаю:

— Папа разрешает мне все смотреть.

Она хихикнула и взглянула на меня, как на Петю Жарова.

— Я, — говорит, — про количество строк на экране.

Тоже мне, отличница! Нет, чтобы спросить о чем-нибудь человеческом. Сколько стоит, например. Или когда можно в гости прийти, кайф словить.

— Ну и дура, — отвечаю.

Тогда она посмотрела на меня, как на Хлумова, но не обиделась. Сказала, глупо ухмыляясь:

— Лирик недоразвитый, — и жест сделала.

Стал я думать, как ее на место поставить, а она уже любопытствует: