— Где-то я уже это слышал, — сказал я, вспоминая наш план сделать то же самое с Финли.

Вот она, жизнь.

— Отойдите, Хэмпи, — велел Финли, делая шаг вперед.

Шеф ввел всех в заблуждение: молча отойдя в сторону, он повернулся, будто собираясь проводить Финли наверх, поднялся на две ступени, а затем внезапно бросился вниз, всаживая в грудь Финли одну за другой две пули.

Я изловчился и выпалил из ружья, которое держал в руках один из ребят Финли. Другой из них, ждавший снаружи, ругнулся, со стуком распахнул дверь и влетел в холл, размахивая револьвером. Увидев, как Хэмпхилл и Финли падают, сцепившись, на пол, он выстрелил и ранил Хэмпхилла в руку.

Я одним выстрелом уложил второго бандита. Первый стоял, держа на весу свою ужасную окровавленную руку. За задней дверью послышались шаги.

— Шеф, вы в порядке? — неспешно поинтересовался Вилли, неуклюже спускаясь по лестнице.

— Наверх! — закричал я, помогая шефу подняться отойти от неподвижного тела Финли. — Вилли, займись им!

В комнату ворвался третий телохранитель, ожидая, вероятно, что все мы уже валяемся убитые на полу. Я прострелил руку и ему.

Вилли помог шефу забраться вверх по лестнице и спустился обратно, неся какие-то веревки. На улице было тихо. Я распахнул дверь, и в комнату потянулись клочья тумана, охлаждая мое разгоряченное лицо. Туман пахнул так хорошо, я просто лег у стены и вдыхал этот чудный запах. Невдалеке виднелась припаркованная машина с погашенными фарами, откуда не доносилось ни звука. Мы позаботились обо всех.

— Ну, Вилли, — сказал я, — давай-ка их свяжем.

Хэмпхилл, словно большое серое полено, ничком лежал на тахте в западной комнате и прижимал руки к ране. Я прикрыл дверь.

— Если мы все еще хотим, чтобы у нас что-то выгорело, надо пошевеливаться, — сказал я.