Хапнув трубку, Новоселов набрал номер, дождался абонента и интимно, даже кокетливо проворковал:

   - Взяли...Да-а...Не-ет...Ладно.

   Положил трубку.

   - Ордер, - повторил Новиков. - Либо отпускайте.

   - Угу, - насмешливо сказал Новоселов. - Между прочим, тебя, Андрюха, сегодня видели в Ахунах. Что там делал, орел ты наш ненаглядный?

   Так, так, допрос незаметно начался, а обвинение так и не предъявлено. Знакомый почерк, именно так натаскивает новичков матерый чекист Загрицын - выпотрошить из попавшего в оборот (пусть даже случайно, не по делу) гражданина всё, что тот знает и не знает, а потом отпустить, ничего не предъявив, не объяснив и даже не извинившись. Пусть, мол, радуется, что живой ушел.

   - Поклеп, - улыбнувшись, ответил Новиков.

   - Хочешь сказать, то ты сегодня не был в Ахунах? - весело спросил Новоселов.

   - Хочу сказать, что не мешало бы посмотреть на ордер. Хотелось бы также знать, по какому поводу меня взяли, причем взяли жестко, как совершившего преступление. И вообще, мужики, что хоть я нарушил, а то мне до сих пор невдомек.

   Новоселов поморщился и уже без напускного оживления, брезгливо, будто перед ним сидел не бывший товарищ по работе, а какой-то вонючий поганец, отрывисто спросил:

   - Что искал на даче Фадеева?

   - На какой даче?

   - Не придуряйся.

   - Не знаю никакой дачи.

   - Андрюха, корж ты моржовый, - проникновенно сказал Новоселов. - За дураков нас имеешь? Думаешь, мы поверим, что местный придурок самолично соорудил лаз под забором? Вот так, имея одну извилину и ту на попе - взял и отгрохал?

   - Какой лаз? - Новиков пожал плечами. - Какой придурок? Ребята, с вашими пробле...

   Он хотел сказать: "С вашими проблемами разбирайтесь сами", - но Новоселов его перебил.