Крестьянин вновь серьезно кивнул.

- В обмен на две серебряные монеты не предоставишь ли ты нам ночлег?

Крестьянин потер подбородок и поднял вверх три пальца.

- Хорошо, получишь три монеты, - согласился Мышелов, соскальзывая с коня. Фафхрд последовал его примеру.

И лишь после того, как в руки старика для скрепления сделки проследовали монеты, Мышелов как бы мимоходом спросил:

- Это не рядом ли с твоим жильем есть такое заброшенное местечко, которое зовется Домом Ангарнги?

Крестьянин кивнул.

- И как оно выглядит?

Крестьянин пожал плечами.

- Не знаешь?

Крестьянин покачал головой.

- Разве ты никогда не видел его? - Мышелов не сумел скрыть изумления.

Ответом ему был новый кивок.

- Но, отец, ведь это место лишь в нескольких минутах ходьбы от твоего жилья?

Крестьянин снова спокойно кивнул.

Появившийся за спиной старика крепкий молодой человек, который вышел, чтобы забрать лошадей, предложил:

- Башня видна с другой стороны дома. Могу вам показать.

И тут оказалось, что старик вовсе не лишен дара речи, сухо, без всякого выражения он проговорил:

- Ступайте вперед и глядите на нее сколько влезет.

И он вошел в дом. Фафхрд и Мышелов успели заметить выглянувшего в дверь ребенка, старуху, помешивавшую что-то в горшке, и какой-то силуэт, скрючившийся в высоком кресле у крошечного очага.

Башня проступала сквозь листву за прогалиной. Последние лучи солнца окрасили ее верхушку в глубокий красный цвет. Казалось, до нее четыре-пять полетов стрелы. А затем прямо на их глазах солнце опустилось за горизонт, и башня стала невыразительным блоком черного камня.

- Старинное место, - весьма неопределенно пояснил молодой человек. - Я бывал возле нее. А отец так ни разу и не потрудился взглянуть.

- А внутри ты был? - поинтересовался Мышелов. Молодой человек почесал в затылке.

- Нет. Это же просто старое место. Какой в нем толк.