Кора явилась чуть позже в горячечный сон, коснулась лба прохладными губами, улыбнулась и рассыпалась на тысячи слез. Слез утешительных, облегчающих и прощающих…

Очнувшись от сна, увидел над собой темные бездонные глаза, в которых плескал волнами целый океан любви, и только для него одного.

- Марта.

- Да.

- Марта, - и больше ни слова не говоря, прижал к себе, утопил лицо в душистых струях темных волос…

Так он сбылся для нее. Так она спасла его…

* * *

Фредерик стоял у зеркала, затягивая золотые шнуры воротника своей нарядной бархатной темно-вишневой туники. В разрезах на рукавах белела рубашка из тончайшего льна. Узкие штаны были из того же материала, что и туника. А сапоги Короля годились и для торжеств, и для похода - точно шитые по ноге лучшим обувным мастером Белого города, прочные, удобные. Их украшением были тонкие золотые цепочки на щиколотках, которые, будучи ненужными в походных условиях, снимались.

Закончив с хитроумным узлом на вороте, Фредерик потер горевшую после бритья левую щеку.

- Эта пощечина из-за меня, - молвила Марта, протягивая ему широкий, вышитый золотом пояс.

- Не из-за тебя. Да я и заслужил оплеуху. Должен был дать Гитбору более серьезный отпор, и не позволять решать все за себя… Да, я женюсь снова. Но только на тебе, - он повернулся, проигнорировал пояс и обнял Марту. - И плевать мне на Гитбора…

- А на Королевство? - чуть наклонила голову девушка.

В ответ он улыбнулся и поцеловал ее.

- В первый раз, что ли, бросать его ради того, кто мне дорог?

- Мягко говоря, неосмотрительно так говорить, - погрозила ему пальцем Марта. - А тем более тому, у кого, как правило, слова с делом не расходятся.

- Умница ты моя! - расхохотался Фредерик. - Пойдешь со мной на ужин?

- Чтоб лишний раз заставлять княжну рвать свой пояс?

- Это была простая досада. Теперь, когда она в курсе…