Билл говорил мне, что если с ним что-то случится, мне надо «пойти» к Эрику. Не уверена, говорил ли он, что Эрик позаботится, чтобы я получила финансовое наследство Билла, или что Эрик защитит меня от других вампиров, или что я буду при Эрике… ну, что мне придется вступить с Эриком в те же отношения, какие у меня были с Биллом. Я бы сказала Биллу, что не собираюсь переходить из рук в руки, как рождественский фруктовый торт.

Но Эрик сам пришел ко мне, так что у меня даже не было возможности решить, последовать ли последнему совету Билла.

Я точно потеряла ясность мысли. Да и не было у меня ясных мыслей в тот день.

Ох, Билл, где ты? Я закрыла лицо руками.

Голова гудела от усталости, и даже моя уютная кухня была ледяной в этот ранний час. Я поднялась, чтобы пойти в постель, хотя знала, что не усну. Мне нужен был Билл, — просто все внутри так сжималось, что я решила — это ненормально, наверняка на меня наведена какая-то сверхъестественная порча.

Хотя мои телепатические способности дают мне иммунитет от чар вампиров, может, я подвержена другим воздействиям подобного толка? Или, возможно, я только что потеряла единственного человека, которого любила в своей жизни. Я чувствовала себя так, будто меня выпотрошили. Даже когда умерла бабушка, мне было не так худо, даже когда утонули родители. Родители умерли, когда я была очень маленькой, возможно, я не совсем понимала, что это навсегда. Сейчас трудно вспомнить. Но бабушка умерла несколько месяцев назад, и я утешалась принятым на Юге ритуалом погребения.

И потом — я знала, что они оставили меня не добровольно.

Я обнаружила, что стою в дверях кухни. Я выключила верхний свет.

Оказавшись в постели, в темноте, завернувшись в одеяла, я заплакала и долго-долго не могла остановиться. Сегодня я не могла читать молитвы. Сегодня я очень остро ощущала все свои потери. Похоже, мне везет не больше, чем другим. Я сделала символическую попытку отогнать ложную жалость к себе, но мне не удалось. Слишком горько было от того, что не известна судьба Билла.