Повар аж крякнул от восхищения. Да, болтающий со звездами паренек серьезно возмужал за последнюю ночь. Раньше был трусоват, шарахался каждой тени, даже вешаться хотел, когда королевская дружина сгинула в лесу. А сейчас, несмотря на грустный вид, Слимаус как-то подтянулся, стал стройнее и шире в плечах. Глаза поблескивают яростью, хмурит брови. И не скажешь, что этот малец еще вчера испуганно пищал, увидев парочку трупов с перерезанными глотками.

Грумпль поправил шершавые лямки мешка и пошлепал по болоту вслед за астрологом.

Чуть поодаль шествовал высокий мужчина, облаченный в золоченые и слегка покрытые копотью доспехи с соединениями из просоленной кожи. Крепкие кованные сапоги уверенно печатали шаг, поднимая высокие брызги болотной жижи. На шлеме тускло поблескивала небольшая походная корона. Она свидетельствовала о том, что по Тухлой роще путешествует сам Эквитей Второй, правитель Преогара. Погнутые от множества ударов зубцы диадемы сообщали также о некоторых подробностях путешествия. Многие догадались бы: король Эквитей недавно участвовал в сражении. Рука нервно опиралась на навершие рукояти полуторного меча, зачехленного в драгоценные ножны. За спиной правителя болталась безобразная вещица, до грозы считавшаяся роскошной горностаевой накидкой. Сейчас назвать мантией эту мокрую тряпку не решился бы и самый воспитанный церемониймейстер. А, как известно, королевские церемониймейстеры очень тактичны и воспитаны.

Открытый шлем позволял рассмотреть мужественное лицо Эквитея. Широкие скулы, тонкие губы, сжатые в надменной королевской мине, нос картошкой, седые усы, борода и виски. Серые глаза пристально смотрели вперед из-под тронутых сединой бровей. Владыка хмурился и думал о чем-то своем.

До вчерашнего утра он являлся полноправным властелином здешних земель и угодий. Но к обеду такое прикатило, что расхлебывать придется еще долго. Хорошо хоть получил поддержку пришельцев из другой страны или, как подозревал Эквитей, вообще из другого мира, - воинов-оборотней. Но как же так угораздило?