- Сними сандалии и иди ко мне, - все еще не доверяя прочности сооружения, я вытянул руки к девочке, - будешь падать, прыгай вперед, я тебя поймаю.

- Я уже купалась сегодня, - бросила та, расстегивая кожаные ремешки, однако в голосе ее не было должной уверенности. Я улыбнулся подбадривающее, и, легкая как ветерок, она порхнула над потоком. Тряхнув головой, откинула со лба непослушную челку, рыжий огонь лизнул ее щеки и шею.

- Пойдем? - голубые глаза уже были устремлены вперед.

- Обуйся сперва, - я не испытывал должного энтузиазма. - Это все чертовски неправильно. - Взгляд мой блуждал по стенам. Они сплошь были испещрены мелким замысловатым рисунком. Никогда в жизни я не видел ничего подобного. Сложные ломаные линии, как трехмерные картинки, при беглом взгляде рождали образы людей и животных, ясно угадывались силуэты крепостных стен и башенных шпилей, светило солнце, облака бежали по небу. Но стоило посмотреть на рисунок прямо, как наваждение исчезало, и глаз не был в состоянии зацепиться за что-либо в этом диком переплетении прямых. - Ты тоже видишь это?

- Да... - выдохнула девочка, кончиками пальцев собирая силуэт опирающегося на копье воина.

- Черт его знает что...

- Не ври, сука! - Ярость, зазвеневшая в серо-стальном голосе, заставила меня зажмуриться. Я ожидал верного удара ножом. Но человек с силой оттолкнул меня. Я повалился лицом в землю. Боль в переносице, как ни странно, принесла облегчение. Я завозился, пытаясь подняться без помощи связанных за спиной рук.

- Знающий человек близко туда не пойдет, потому как запретное это место.

Еще бы...

Мы шли по нескончаемому коридору, а вокруг, на периферии зрения, сменяли одну за другой картины, рассказывающие некую историю.