— Пожалуйста, успокойся. Я не могу видеть, как ты мучаешься, уходишь в себя. Только не это! Ты служила герцогу верой и правдой. Думаешь, он не знает этого? Или я не знаю? — спросил Стэммел. Гнев звучал в его голосе. — Ноты не годишься для такой грязной работы. Верховный Маршал был прав. Он говорил, что ты должна заниматься более достойными делами. — Он опять умолк. А потом, словно подводя итог, добавил мягко: — Я думаю, тебе лучше уехать отсюда, Пакс…

— Как, оставить товарищей? — Она неожиданно почувствовала огромное облегчение от одной лишь мысли о том, что это возможно. Но потом ее охватила паника. Отправляясь в поход, она приняла решение. И теперь нельзя ничего изменить.

— Послушай. Вот что я хочу тебе сказать. Тир знает, насколько это тяжело даже для меня, а я ведь старше и сильнее. И… Словом, уезжай, Пакс. Возвращайся обратно на север. Может, стоит поехать домой. Или поучиться где-нибудь рыцарскому искусству. Только не оставайся здесь. Это не нужно ни тебе, ни герцогу.

“Но я… Как можно просить об этом? Нет, я не могу идти к нему…” Выражение его лица, когда однажды она не подчинилась его воле, все еще преследовало ее. И хотя он никогда не показывал своего недовольства, больше рисковать она не хотела.

Стэммел продолжил:

— Расскажи обо всем Арколину. Капитан поймет — он ведь знает тебя. Он поговорит с герцогом, или ты сама поговоришь. Они посоветуют тебе что-нибудь стоящее, я уверен в этом. Пакс, я же ничего не имею против герцога. Ты это знаешь. Он был моим господином с тех самых пор, как я начинал свою службу. Я последую за ним всюду. Но ты остановила его однажды, когда он мог совершить ошибку. Может быть… если ты уедешь, может быть, он задумается…

Пакс молчала. Она всегда считала, что ее жизнь накрепко связана с крепостью Иммер. Как же она могла покинуть этот Союз? Для нее он был ближе и роднее семьи, привычнее, чем комнаты в доме, где она родилась.

— Пакс, я говорю серьезно. Ты не должна больше идти с нами. Многие уже поняли, что с тобой происходит. И остальные поймут. Остановись, пока не поздно.