Пакс вынула наполовину меч из ножен.

— С помощью вашей магии и вот этого меча, думаю, нам нечего бояться. Прежде всего мне хотелось бы найти место, где можно расположиться на ночлег.

— Ну что ж, тогда пошли. Нам нужно хорошенько осмотреться. Только, пожалуйста, двигайся как можно осторожнее.

Пакс постаралась скрыть, что ее задели слова мага. Не следует ссориться с единственным попутчиком в путешествии по горам и наживать в его лице опасного врага. Она повернулась к изрядно навьюченному пони, которого купила у хозяина каравана, и проверила еще раз, хорошо ли привязана вьючная сумка; потом погладила шею Звездочки — так звали пони — и зашагала по узкой тропинке, все дальше и дальше от дороги, по которой уехал караван.

Она надеялась, что теперь, когда они остались вдвоем, Месенион хоть немного подобреет. Ведь до этого он был таким насмешливым и язвительным. Конечно, он прекрасно знал горы и разные тропинки, которые пересекали их; но в то же время говорил об этом с оттенком превосходства, часто задевая самолюбие других. Сейчас он шел впереди, ведя свою породистую лошадь на поводу. Ее узкая, гордо изогнутая шея вздрагивала от возмущения — потому что на спине у нее была поклажа.

Вечером, сидя у костра, Месенион уже не казался язвительным, к нему вернулось его природное добродушие. Он разжигал огонь с помощью заклинаний, доставал откуда-то лакомства, которые скрашивали скромность их съестных припасов. Каким-то непостижимым образом он умел остановить лошадь и пони, если им вдруг хотелось побродить в округе. Пакс даже хотелось спросить, не мог бы он найти кого-нибудь охранять их маленький лагерь ночью, чтобы они оба могли хорошенько отдохнуть, но вместо этого он приказал ей дежурить у костра.

Несмотря на то что днем было очень жарко, ночь выдалась холодная. В природе все замерло, лишь неясные шорохи доносились со стороны гор. Дважды во время дежурства ей становилось страшно. Казалось, кто-то чужой бродит неподалеку и наблюдает за ней из тьмы. Когда пришло время дежурить Месениону и она разбудила его, он лишь весело рассмеялся, узнав о ее страхах.