Конан, теряя терпение, заорал:

– Да шевелись, пьянь! Целую вечность ждем!

Ему ответил хриплый голос, с трудом издаваемый измученной выпивкой глоткой:

– Кому там не спится? Чего приперлись с утра пораньше?

Конан потерял дар речи (самое обидное, что с ним бесследно улетучились цветистые обороты, коими варвар намеревался попотчевать хриплого). Затем запрокинул голову – светило уже давно прошло половину пути по небосводу. А у них в Пайроги только утречко начинается…

Пока Конан любовался солнцем и размышлял, что бы такое ответить, хриплый заговорил опять:

– Вы там что, языки проглотили? Зачем приперлись-то, спрашиваю?

– Да узнать, когда у вас день начинается, если сейчас, по-вашему, утро, – ехидно поинтересовался Эртель, подъезжая поближе.

– День? – переспросил хриплый, а затем задумчиво протянул: – У-у-у… Да уже за полдень!

– Вот-вот, – поддакнул Эртель. – Так что открывай, и побыстрее. Тут, как-никак, господин посол и его свита.

– Какой еще посол? – хмуро осведомились из-за ворот. Похоже, страж не особенно рвался открывать тяжеленные створки.

– Известно какой! – возмутился Эртель. – Его величества короля Пограничного королевства Эрхарда Первого. Везу от Его величества верительные грамоты Эльдарану Бритунийскому.

– Ну да, как же, – не поверил голос. – Тут две седмицы назад приезжал посол из вашего королевства и тоже с верительными грамотами. Только короля звали по-другому, то ли Хмырил, то ли Херел, не упомнил.

– Хьярелл, – заржал Эртель. – Так его уже того… Свергли. Он оборотнем оказался.

– Веселенькое у вас, значит, королевство, – подытожил хриплый. – Хотя какое это вообще королевство, так, дырка в заднице… Кто хочет – тот на трон и лезет. Видел я ваш дворец так называемый… Раньше я думал – в руинах только нечисть живет, ан нет, еще и короли самозваные встречаются.

– Заткнул бы ты свою гнилую пасть, – мрачно посоветовал Конан. – Твое дело – ворота открывать, а не разговорами людей потчевать. Так что работай!