– Ах, да, – проговорил Куэйд, – мой эксперимент...

– Какой-такой эксперимент?

– Откровенно говоря, Стив, я уже засомневался, стоит ли эти фотографии тебе показывать.

– А почему бы и нет?

– Послушай, Стивен, я серьезно.

– А я не в состоянии воспринимать серьезные вещи, так? Ты это хочешь сказать?

Стив в глубине души чувствовал, что, настаивая, совершает ошибку, но остановиться он уже не мог.

– Я и не говорю, что ты не в состоянии воспринимать, – возразил ему Куэйд.

– Да что там у тебя на этих фотографиях?!

– Ты помнишь Черил?

Помнил ли Стив Черил? Еще бы!

– Она в этом году в университет не вернется, – огорошил его Куэйд.

– Что-о-о?!

– Видишь ли, ее посетило озарение.

Взгляд Куэйда был теперь как у василиска.

– О чем ты?

– Она отличалась поразительным самообладанием... – Куэйд говорил о Черил в прошедшем времени, как о покойнике. – Самообладанием, хладнокровием, собранностью...

– Да, это так, но что с ней, черт возьми...

– Сучкой она была, вот что. Обыкновенной сучкой, которой нужно лишь одно: подходящий кобель, чтобы потрахаться.

Стив шмыгнул носом, как ребенок. Грязное замечание Куэйда шокировало его так, как первоклассника шокировал бы член, торчащий из штанов учителя.

– Часть каникул она провела здесь, – продолжал Куэйд.

– Как это?

– Да, именно здесь, в этом доме.

– Ты любил ее?

– Любил ли я ее? Эту тупую корову, эту дуру с претензиями?! Эту сучку, которая никак не желала расстаться со своей... Да ладно, что там говорить.

– Расстаться с девственностью? Ты это хочешь сказать?

– Девственностью?! Ха! Да она была всегда готова раздвинуть ноги, лишь почуяв кобеля. Нет, я говорю о ее навязчивой идее, о ее страхе...

Опять старая песня!

– Но мне все-таки удалось ее переубедить, черт побери!

С этими словами Куэйд из-за стопки книг по философии вытащил ящичек, внутри которого оказались черно-белые фотографии размером вдвое больше почтовой карточки. Он взял верхний снимок и протянул Стиву.