– Вставай, – приказал Рики решительным голосом, стараясь не упустить с таким трудом добытое преимущество.

Уэйн усмехнулся.

– Неплохо, сынок, – заметил он, потирая подбородок, – из тебя получится настоящий мужчина.

Буря шумела вокруг, песок летел в глаза и уши Рики, кружил в воздухе, скрывал сплошной пеленой от глаз тело Уэйна. Внезапно Рики перестал видеть перед собой ковбоя. Перед ним было нечто, что одновременно являлось и не являлось Уэйном. Странная форма, в которой угадывалось нечто совершенно нечеловеческое...

Пыль залепила глаза Рики. Он отступил на несколько шагов, совершенно потрясенный. Ветер хлестал в лицо, гнал, шумел в ушах, внезапно Рики увидел дверь, и руки его уперлись в стену. Это был выход, о Боже, это было спасение!

Оказавшись в тишине и безопасности кинотеатра, Рики всхлипнул и устало опустился на пол, все еще не веря в то, что выбрался живым.

В фойе Линди Ли рассказывала Берди, почему она не любит фильмы.

– Дин любит кино про ковбоев. Мне все это не нравится. Не знаю, вежливо ли говорить это вам...

– Конечно.

– Но я действительно не в восторге от всех этих фильмов. У вас, наверное, все иначе. Вы ведь здесь работаете.

– Мне тоже нравится далеко не все.

– Да, правда?

Девочка выглядела изумленной. Многое в этом мире, похоже, изумляло ее.

– А я вот, знаете, люблю кино про животных.

– Про животных?

– Ну да, их жизнь и всякое такое прочее.

Берди с самого начала поняла, что оратор из девчонки никудышный, но, несмотря на некоторую косноязычность, Линди Ли была очень и очень мила.

– Интересно, что их там задержало? – нахмурилась Линди.

Рики отсутствовал несколько минут, если судить по реальному времени, но в кино время имеет обыкновение течь по своим законам.

– Пойду взгляну, – сказала Берди.

– Он ушел без меня, точно, это точно, – в который раз повторила девочка.