На пороге, смущенно переминаясь с ноги на ногу, стоял Торк.

– Простите, ваше высочество, капитан Глок просит вас скорее прибыть в лагерь.

– Торк! Ты не мог бы передать капитану, что я занят?

– Ваше высочество, капитан просил передать, вам… вас… они… – Торк смущенно уставился в пол. Несмотря на свой рост, Торк был на удивление добродушным и застенчивым малым. Проводя большую часть времени в одиночных рейдах по бескрайним лесным просторам королевства, он испытывал явные трудности при общении.

– Что еще просил передать капитан?

– Он просил передать, что если вы не прибудете в лагерь сами, он притащит вас в него за уши.

– Хм, он может. Ладно, Торк, проследи, чтобы подготовили моего жеребца Шторма.

– Слушаюсь, ваше высочество. – Немного замявшись, он кланяется и уходит.

Стараясь не шуметь, быстро одеваюсь. Похоже, тайные побеги из собственных покоев становятся традицией.

– Лекс, даже не думай снова сбежать! – садится в кровати Дэя, ее огненно-рыжие волосы растрепанной гривой спадают на спину.

– Солнышко, я бы рад остаться, но не могу.

– Ты нас совсем не любишь! – соблазнительно покачивая бедрами, подходит ко мне Клорина, закутанная в простыню. Растрепанные после сна волосы искрятся чернотой.

С трудом проглатываю слюну, любуясь совершенной формой груди, обрисовывающейся под тонкой тканью простыни. Это все мое?

– Тут вы правы: не люблю, – улыбаюсь я.

– Наглец! – получаю пощечину от Клорины по левой щеке.

– И от меня добавь, – улыбается из постели Дэя.

Получаю пощечину по правой щеке.

– Почему мы тебя любим? – заявляет Дэя, подобно кошке потягиваясь на кровати.

– Потому что я силен, красив, умен и необыкновенно скромен.

– Скорее, потому что ты – принц, – усмехается она.

– Девушки, если вы метите в королевы, спешу вас огорчить: королем становиться я не собираюсь. Пусть у Ольдена болит голова от налогов, законов и дипломатии, – ухмыляюсь я. – Ладно, мне пора, дня три я в замке не появлюсь.