Дальше идем вместе.

– Торк, почему мы воюем с драконитами?

– Ваше высочество?

– Я спрашиваю: для чего этот поход?

– Мы должны убить дракона-повелителя, ваше высочество, – смущенно отвечает орк, – он – создание Падшего и служит злу.

– Создание Падшего – да, – соглашаюсь я. – А при чем тут зло? Торк, мы уже месяц бредем по «проклятой» земле. И что ты видишь? Покинутые селения мало отличаются от селений в нашем королевстве. Нет ни заборов из костей, ни ужасных капищ для кровавых жертвоприношений. Почему мы решили, что они зло? Кто нам дал такое право? И почему мы несем добро на кончике меча?

– Но, ваше высочество, мы же с ними постоянно воюем.

– Мы воюем от времени Сотворения. И чаще всего – друг с другом.Драконы делают то же самое.

– Не знаю, ваше высочество, я простой следопыт, – оправдывается он.

– Ладно, Торк, не бери в голову – наверное, я просто устал, – промолвил я. – Просто устал.

Прикрывая ладонью глаза от солнца, поднявшегося над горизонтом, я осматривался вокруг. С высокого холма на левом фланге, где находилась королевская ставка, открывался вид на место предстоящей битвы.

Войска уже заняли свои позиции. Прямо передо мной в две линии разворачивались пять «пальцев» «кулака орков» с рыцарями на флангах. Далеко на правом фланге я с трудом различил несокрушимый плотный строй щитов десятитысячного «гномьего хирда». Огромная квадратная масса в сто рядов по фронту и сто шеренг в глубину. Гномы оставались верны своим секирам и топорам, категорически не признавая пик и алебард, а мечи делали только на продажу. Помимо этого у каждого гнома имелся короткий арбалет, закинутый за спину. Атаку хирда всегда предварял ливень пущенных с близкого расстояния арбалетных болтов и метательных топоров. В центре завершали построения войска человеческих королевств. Тут балом правили почти пять тысяч тяжелых рыцарей – настоящая конная лавина. За рыцарями в три расположенные друг за другом баталии выстроились отряды пехоты. На долю Восточного королевства остался левый фланг.