Тут из-за забора показался ещё один мужчина и тоже с кобурой на поясе, состроивший вопросительную гримасу.

— Чего командир, всё на сегодня? Или ещё, попозжа?

— Да вот, дела… забери у меня Рокот, не ходить же с ним по заводу. Не дай бог Сонин увидит — подумает, что к нему иду.

— А ты сейчас куда?

— К нашим швеям и ткачихам — порадую их первым заданием.

— О, тогда и я с вами.

В этот раз начальник цеха выгонять Григория не рвался: спокойно подошёл, вежливо (с некоторой натугой, но всё же) поздоровался… Подозрительно оглядев непонятную парочку из неряхи-охранника и женщины лет так сорока, осматривавших в глубине первого этажа станки — причём первый бесцеремонно срывал защитные чехлы с оборудования и что-то объяснял, а вторая не ленилась пощупать (с явно видимым почтением) и погладить всё своими руками, начальство осведомилось.

— Простите, господин инспектор, эти люди — ваши подчинённые?

— Ээ… а разве у меня такие есть?

— Так. Опять значит!

Собеседник Григория моментально закипел, наподобие чайника, и резво двинулся наводить порядок на своей территории — а Гриша подошёл немного поближе и приготовился слушать и наслаждаться.

***

Князь как раз спрашивал у изобретательницы джинсовой ткани, что ей надобно для начала трудового процесса, как его бесцеремонно прервали:

— Попрошу покинуть помещение!

Зинаида Меркуловна не раздумывая сделала шаг к выходу и остановилась — её работодатель уходить не спешил, вместо этого он с явным удивлением осведомился у своего гонителя.

— Собственно, вы кто?

— Начальник этого цеха!

— И чем же мы вам помешали, господин начальник цеха?

— Тем, что создаёте неудобство для производственного процесса, мешаете персоналу… мне повторить своё требование? Посторонним здесь не место!