– Так, – сказал он.

Она прикоснулась ко лбу.

– Когда-то я знала одного Така, – промолвила она, – в незапамятные времена, в туманном далеке…

– Это был я, мадам.

Она тоже уселась на подоконник. Чуть погодя он понял, что она всхлипывает под покровом вуали.

– Не плачь, богиня. С тобой Так. Помнишь Така от Архивов? Пресветлого Копейщика Така? Он по прежнему готов исполнить любое твое приказание.

– Так… – сказала она. – Ох, Так! И ты тоже? А я и не знала! Я никогда не слышала…

– Очередной поворот колеса, мадам, и – кто знает? Все может обернуться даже лучше, чем было когда-то.

Ее плечи вздрагивали. Он протянул руку, отдернул ее.

Она повернулась и схватила ее.

Бесконечным было молчание, потом она заговорила:

– Естественным путем дела в порядок не придут, нам не обрести былого, Пресветлый Копейщик Так. Мы должны проложить наш собственный путь.

– О чем ты говоришь? – спросил он и, добавил: – Сэм?

Она кивнула:

– И никто иной. Он – наш оплот против Небес, дорогой Так. Если удастся призвать его, у нас появится шанс еще пожить.

– Потому-то ты и рискнула, потому-то положила голову в пасть тигра?

– Почему же еще? Когда нет никакой реальной надежды, нужно чеканить собственную. Даже и фальшивая монета может сгодиться.

– Фальшивая? Ты не веришь, что он был Буддой?

Она усмехнулась.

– Сэм был величайшим шарлатаном на людской – да и на божественной – памяти. Однако и самым достойным противником, с каким когда-либо сталкивался Тримурти. Почему тебя так шокируют мои слова, архивариус? Ты же знаешь, что он позаимствовал и структуру, и материю своего учения, путь и достижение, даже одеяние из запрещенных доисторических источников. Это было просто-напросто оружие – и ничего более. Главной его силой было его лицемерие. Если бы мы могли вернуть его…

– Леди, святой ли, шарлатан ли, но он вернулся.