Та повела носом – запах свежемолотых, только что обжаренных зёрен настоящей арабики дразнил её обоняние.

– Ты не понимаешь, командир… Для любого сюзита твоя родная планета ассоциируется со Злом…

Именно так, с большой буквы.

Николай устало вздохнул:

– Девочка, сколько можно? Мы уже год болтаемся в неисследованных секторах, повидали всякое и прошли через многое. Неужели непонятно, что мы, наёмники, не знали ничего? И нас, и вас подставили и обманули! И теперь мой друг пытается искупить вину всех землян перед вашей Империей, создавая её заново.

Поставил перед ней чашку с напитком, Айе сделала быстрый глоток, потом ответила:

– Мы убедились, командир, что ты хороший землянин. Твой друг, Имперский Герцог, тоже вроде ничего. А остальные?

– Но и вы разные! Есть хорошие, есть плохие…

– Это понятно. Но всё же…

– Что – всё же?

– Пойми, командир, что мы совсем ничего не знаем ни о вас, ни о вашей планете. А если судить по твоим пристрастиям, то у вас все женщины – падшие.

А мужчины – сплошь убийцы и палачи. Ты прости, но…

– Да всё я понимаю…

Он вздохнул.

– Но и ты меня пойми, если сможешь – вроде уже достаточно большая. Я уже второй год, как меня выперли из армии Рамджа, не общался с женщиной. Сижу на таблетках. Так что… Вкусы у меня, пожалуй, сейчас специфические. Да ещё ты тут… Знаешь, как мне надоело колёса жрать?

Айе густо покраснела:

– Да, командир… Ты прямо как тот шаару, что только по прямой ходит и не может обогнуть ни одно препятствие. Если не в лоб, то по лбу. Хоть бы намекнул разок, что ли?

– Э-э-э! Ты чего, подруга?!

Та сладко потянулась, точь-в-точь как большая сытая кошка:

– Да так, командир. Будем на Базе – скажи, я тебе подружку сосватаю. Не боись, не из рамджей. Те – чахлые. Настоящую женщину. Но сразу говорю – будет дорого!..

На следующее утро Николай был очень удивлён – оба сюзита сидели в кают-компании и внимательнейшим образом смотрели его любимый клип.