— Я не просил делать записи, — проворчал он.

— Но они должны быть у нас, — терпеливо ответил Судья, для того чтобы другие могли определить, поступили ли мы с вами справедливо или нет. Окажите нам любезность, пожалуйста.

— А… ну что ж, ладно! — Он неохотно уступил этому требованию и заговорил в микрофон: — Мое выступление вообще не имеет никакого смысла, но как бы то ни было, я буду говорить, а вы будете слушать. Вы рассуждаете о своем драгоценном Завете, как если бы он был чем-то святым. Я не согласен с ним и не приемлю его. Вы ведете себя так, будто он вам с неба послан. Мои предки сражались во Второй Революции, но они сражались за то, чтобы уничтожить суеверия, а не за то, чтобы тщеславные дураки могли создавать новые.

В те дни были мужчины! — Он надменно огляделся по сторонам. — А что осталось сегодня? — Осторожные, идущие на компромисс «надежные» заморыши, в жилах которых течет вода. Вы так тщательно спланировали весь ваш мир, что лишили его всей прелести бытия. Нет больше голодных, нет обиженных. Ваши корабли не тонут, а поля неизменно дают хорошие урожаи. Вам даже удалось укротить погоду — дождь стал таким вежливым, что идет только после полуночи… Однако непонятно, почему после полуночи вы ведь все ложитесь спать в девять часов.

И если у кого-нибудь из вас, смиренных людишек, возникает неприятная эмоция — да сгинет сама мысль об этом, — вы тут же бежите трусцой в ближайшую клинику и лечите свои смиренные умишки. Слава богу, я никогда не поддавался этой дурацкой привычке. Спасибо, я уж сохраню свои собственные чувства — неважно, плохи они или нет.

Вы даже не ложитесь в постель с женщиной, не проконсультировавшись прежде с психотерапевтом. «Мыслит ли она так же плоско и скучно, как я?» Да этого достаточно для того, чтобы заткнуть рот любому мужчине. Ну а если дело дойдет до драки из-за женщины — если у кого-либо хватит на это мужества, — то тут же рядом с ним окажется проктор, готовый парализовать его ударом в самое чувствительное место и вопрошающий тошнотворно сладким голосом «Не могу ли я быть вам чем- нибудь полезен, сэр?»