Еще в те времена, когда на нашей Земле водились мамонты, относительно небольшое тогда сообщество людей раз и навсегда разделилось на две категории: богатых (их было относительно немного) и всех остальных (их было подавляющее большинство).

Первые богачи мало задумывались о том, откуда, собственно, берется богатство (как и о том, откуда ведут свое происхождение частная собственность и государство). Адам Смит и Маркс еще не родились, трудовая теория стоимости еще не была придумана, земледелие не было достаточно развито для того, чтобы приносить ренту. Не было денег и, соответственно, финансовых инструментов. Даже торговли не было. Ничего не было, а богатые были.

Предоставим историкам спорить о том, как именно происходило «первоначальное накопление». Но если принять во внимание, что человеческая природа с доисторических времен изменилась мало, можно предположить, что одни силой или хитростью отбирали у других мясо и шкуры (присваивая не только прибавочную стоимость, но и целиком c + v + m, а заодно и жизнь сородича); вторые трудились чуть больше других; третьи умели делать что-то такое, чего не умели другие; четвертые были особенно удачливы на охоте или бережливы.

Богатству людей, живших за миллион лет до нашей эры, сегодня вряд ли кто-либо позавидовал бы. Скорее всего, оно представляло собой всего лишь некоторый избыток предметов первой необходимости – еды и одежды. И вряд ли у одних этого добра было намного больше, чем у других. Но дело не в размерах богатства, абсолютных или относительных. Дело в том, что у одних оно было, а у других – нет.