— Ты не вывихнул ногу? Скорей поднимайся и присядь.

— Хорошо. — Сегуйло медленно пересек утес и сел на ступени.

— Ты уверен, что с тобой все в порядке?

— Абсолютно.

Спустя минуту Пэррин сказал:

— Перед тем как.., залезть под генератор, ты собирался рассказать мне что-то, как ты говорил, очень важное.

Сегуйло медленно кивнул:

— Это правда.

— Что ты имел в виду?

Сегуйло молча уставился в небо. Не было слышно ничего, кроме шума прибоя и порывов ветра там, где утес полого спускался к воде.

— Ну? — не выдержал Пэррин. — Сегуйло колебался. — Ты говорил, что, когда пять лун восходят вместе, ничему нельзя верить.

— Да, — кивнул Сегуйло, — верно.

— Что ты имел в виду?

— Я плохо помню…

— Почему так важно ничему не верить?

— Не знаю.

Пэррин резко поднялся. Сегуйло был человеком жестким, без эмоций. Что с ним случилось сегодня?

— Ты уверен, что здоров?

— Конечно.

— Хочешь глотнуть виски?

— Неплохая идея.

Это больше походило на Сегуйло. Пэррин знал, где тот хранит свои запасы.

— Сиди здесь, я принесу виски.

— Да, я посижу здесь.

Пэррин поспешил к маяку, взбежал по лестнице на кухню. Может, Сегуйло и подождет, но что-то в его позе и сосредоточенном взгляде на море заставляло думать иначе. Найдя бутылку и стакан, Пэррин сбежал по ступенькам. Почему-то он чувствовал, что Сегуйло исчезнет.

Сегуйло исчез. Его не было на ступеньках, не было и на обдуваемой ветром поверхности утеса Айзел-рок. Он не мог незаметно проскочить мимо Пэррина на лестнице. Должно быть, он проскользнул в дизельную и опять забрался на генератор.

Пэррин распахнул дверь, включил свет, нагнулся и заглянул под генератор. Никого. Толстый слой пыли и пленка масла означали, что никого здесь и не было.

Где же Сегуйло?

Пэррин взобрался на верхнюю площадку, маяка и тщательно обыскал все щели и закоулки сверху донизу. Сегуйло не было.