- Ну-ну, - сказал он, - для дилетанта вы не плохой диагност. Интересно, есть ли хоть что-нибудь, чего вы не умеете?

- Не пойму, о чем вы, - раздраженно ответил Кеог.

- О, я думал, вы все поняли. Боюсь что это и в самом деле пациент Вебера. Как вы догадались?

Кеог пожал плечами:

- Я видел когда-то рабочего с фабрики, которого ударили в низ живота. Я знаю, что сейчас дело не в ударе. Но что же это тогда?

Рэтберн быстро оглянулся:

- Где она?

Кеог указал на ванную:

- Я отправил ее принять душ.

- Правильно, - одобрил врач. Он понизил голос. - Понимаете, я не могу судить без обследования и лабораторных...

- Что с ним? - требовательно спросил Кеог, негромко, но с такой силой, что Рэтберн отступил на шаг.

- Похоже на хориокарциному.

Кеог устало мотнул головой:

- И вы всерьез думаете, что я разобрался? Я этого и не выговорю. Что это за штука? Впрочем, что означает вторая часть, я понимаю.

- Одна из... - Рэтберн поперхнулся и снова начал: - Одна из самых злокачественных форм рака, - и еще тише добавил:

- Но такое я вижу нечасто.

- Насколько это серьезно?

Рэтберн развел руками.

- Что, все так плохо? Доктор сколько ему...

- Возможно, когда-нибудь мы сумеем... - Он замолчал на полуслове. Оба, не отрываясь, глядели друг другу в глаза.

- Сколько? Сколько ему осталось?

- Наверное, месяца полтора.

- Полтора?..

- Тс-с, - нервно шепнул Рэтберн.

- А Вебер...

- Конечно, никто не знает внутренние болезни лучше Вебера. Но вряд ли и он поможет. Знаете, как бывает: скажем, в ваш дом ударила молния и все до основания выгорело. Можно проанализировать руины и сводки погоды, и вы точно будете знать, что произошло. Возможно, когда-нибудь мы сумеем... снова повторил он, но так безнадежно, что Кеог, у которого плыла голова от ужаса, даже пожалел врача и бессознательно дотронулся до его рукава: