— Не та ли это леди Стэффорд… — он перевел взгляд на адвоката. — Привидения, духи, все такое?

— Сейчас не лучшее время, — осадил его Фрэнк.

— Ах да, — он огляделся и, кажется, только сейчас заметил, что похороны лишь недавно закончились. — Но, я надеюсь, леди Стэффорд пообещает мне беседу? Мне не терпится познакомиться с вашим призраком.

— Непременно, — пробормотала я, выныривая из омута своих мыслей.

— Но не сейчас, — твердо произнес Фрэнк.

— Хорошо, но мы ведь встретимся завтра, как и договаривались?

— В Le Matin в одиннадцать. Но даже не рассчитывай, что леди Стэффорд присоединится к нам.

— Я приду, — неожиданно для них и для себя произнесла я. — Нет, Фрэнк, правда. Я думаю… Это будет не так уж плохо.

— Иногда я не понимаю тебя, — развел руками Фрэнк, а журналист просиял.

— Буду ждать, леди Стэффорд!

— Да, иди-иди, Саймон, — Фрэнк легонько подтолкнул его в спину, и когда тот отошел на почтительное расстояние, добавил: — прости его, графиня. Хорошие манеры — не его конек, он все больше на всякой мистике специализируется.

Я равнодушно пожала плечами.

— Хорошо, мне все равно. Призраки сейчас мало меня интересуют.

— Но как же? — удивился он. — Ведь…

— Не сейчас. Фрэнк, просто не сейчас. Потом мы непременно разберемся и с Корделией Амалией и с чем-нибудь еще, если твоему другу так этого хочется. А сейчас, пожалуйста, оставь меня одну.

— Тебе точно не нужна помощь?

— Нет. Точно не нужна. Я хочу побыть с Викторией.

— Экипаж будет ждать тебя у ворот. И если что-то потребуется…

— Я знаю. Спасибо, Фрэнк.

Как трудно порой оказаться наедине со своими чувствами. Их принято скрывать от людей — это нормально. Мы привыкаем скрывать их и от самих себя — это тоже становится нормой. Но вот выпустить их наружу…