Пройдя еще квартал, пшеничноволосая зашла в супермаркет. Это мог быть и ловкий ход, чтобы обнаружить слежку и сбросить меня с хвоста, и вполне естественный поступок человека, которому надо что-нибудь приготовить на ужин. Мне, кстати говоря, тоже не мешало бы запастись продуктами.

В супермаркете я старался не упускать ее даже на минуту, отмечая на всякий случай то, что она покупает. Судя по этим покупкам, она жила одна. Во всяком случае, на семью хотя бы из двоих продуктов надо гораздо больше. Этот маленький фактик, не имевший, в общем-то, ко мне никакого отношения, почему-то до крайности обрадовал меня. Почему, я и сам не понял.

Расплатившись, девушка скорым шагом направилась к выходу, и я покрылся холодным потом от мысли, что могу упустить ее, поскольку еще не расплатился с электронным продавцом, который без оплаты купленного не выпустит меня из магазина, однако около входа она остановилась, стараясь поудобнее уложить продукты в своем пакете. В решающий момент пакет не выдержал и лопнул, банки с консервами и полуфабрикатами раскатились по полу. Пробормотав что-то себе под нос, девушка присела, собирая рассыпавшиеся продукты. Это был дьявольски удачный момент, и я не мог им не воспользоваться.

Я быстро подошел к ней.

– Давайте я вам помогу, – сказал я и, наклонившись, стал собирать банки и пакеты.

– Большое спасибо, – ответила она. У нее был очень приятный голос. Никогда прежде мне не приходилось слышать такого чудесного мягкого голоса. Смутно знакомый мне акцент, едва заметный в ее речи, только добавлял очарования ее голосу.

Тут одна из банок, которые она укладывала обратно в пакет, снова вывалилась через еще более увеличившуюся дыру и со звоном покатилась по полу.