Я немедленно переключился на остальных противников, но немножко опоздал. Ушибленная нога замедляла мои движения. Бандит, которого я сбил с ног подсечкой, уже встал и прыгнул на меня, едва я успел обернуться.

Мы вместе упали на асфальт. Мой враг был, похоже, борцом и в контактном бою был весьма образован. Однако я и в этой области прошел хорошую подготовку, как и всякий сотрудник класса А.

Я резко рубнул его по запястьям, высвободившись из его теплых объятий, и, перекатившись через голову, вскочил на ноги. Бандит попытался вновь схватить меня, пока я еще не встал, но не успел и попытался подсечь меня. Его голова на фоне светившегося окна старого дома была великолепной мишенью, и я, уклонившись от подсечки, ударил. Получив ногой в челюсть, мой противник сделал полуоборот вокруг своей оси и рухнул на асфальт. Похоже, с него было довольно, и я решил заняться курильщиком.

Тот уже встал на ноги и теперь стоял, слегка пошатываясь, видимо, не совсем еще придя в себя после столкновения со стеной, засунув руку в карман своей куртки. Когда я шагнул к нему, намереваясь разделаться с ним, он торопливо вынул руку с зажатым в ней тяжелым автоматическим пистолетом.

«Надо же, как глупо получилось. Не кто-то там, а палач, опытнейший палач, а прокололся, как малое дитя. Сейчас он нажмет на курок, и прощай, жизнь. До него не добраться, слишком далеко, метров шесть. А до тени под стеной небоскреба еще дальше, пожалуй, все десять. Как глупо!»

Мысли припадочно бились у меня в голове, я пытался найти хоть какой-нибудь выход, но ничего хорошего так и не смог придумать, просто не успел. Чувствуя, как разливается по телу лихорадочный озноб, я мог лишь смотреть в маленькое черное отверстие, из которого через секунду вырвется моя смерть.

Грохот выстрела прокатился по всему двору, но со стрельбой мой противник опоздал на сотую долю секунды. За спиной бандита мелькнула тень, и на его голову обрушился мой мешок с покупками. От удара мешок порвался, банки и пакеты разлетелись по всему двору, а мой противник рухнул на землю.