К счастью для Квата, Александру надоела эта игра, и он вновь переключился на взбивалку. Добиш и Финн склонились над малышом, внимательно вглядываясь в него. Калдерон чувствовал, что дело здесь в чем-то большем.

— Индуктивная телепатия, — объяснил Бордент, — требует много времени, поэтому мы начинаем ее сейчас. Просто здорово, что мы наконец попали в нужный временной сектор. Я звонил в эту дверь раз сто, но никогда прежде…

— Шевелись, — отчетливо сказал Александр. — Давай, шевелись!

Бордент кивнул.

— На сегодня хватит. Мы придем завтра. Вы будете готовы?

— Думаю, мы будем готовы… как всегда, — ответила Мира, допивая свой стакан.

В тот вечер они выпили еще и всесторонне обсудили этот вопрос. Осознание средств и возможностей четырех человечков тоже повлияло на ход их рассуждений: никто из них не испытывал больше сомнений. Они знали, что Бордент и его товарищи прибыли из будущего, отстоящего на пятьсот лет, по желанию будущего Александра, выросшего в супермена.

— Удивительно, правда? — сказала Мира. — Наш пухленький бэби превращается в таинственного, чудесного ребенка.

— Когда-то это должно было начаться, как сказал Бордент.

— Только бы он не стал похож на этих гномов!

— Он будет суперменом. И мы с тобой — родоначальники новой расы.

— Я чувствую себя как-то странно, — пожаловалась Мира.

— Успокойся, — утешал ее Калдерон. — Выпей еще немного.

— И этот их жаргон…

— Это их язык, — заметил Калдерон.

— Александр будет говорить по-английски. Я знаю свои права.

— Не похоже, чтобы Бордент собирался их нарушать. Он уверял, что Александру нужна семья.

— Только поэтому я еще не спятила, — призналась Мира. Если, конечно, он… они… не заберут нашего малыша…

Спустя неделю стало совершенно ясно, что Бордент не собирается посягать на родительские права — по крайней мере, не больше, чем это необходимо, и только два часа в день.